Начало статьи читайте здесь.

В первой части…

Год 1931. Испания. Толпы ликующих горожан собираются в праздничных процессиях, дабы отметить «победу» на выборах левой коалиции. Так начиналась республика, так начинались реки крови павших под Мадридом, в Астурии, в стране Басков, в Каталонии.
Так начиналось время великих свершений: побед и поражений.

Но изначально, лево-либеральное, лево-предательское  правительство было лишено всякой революционности. За место революции они предлагали реформы-компромиссы между двумя антагонистическими классами: буржуазией и пролетариатом. Вместо полного или хотя бы частичного уничтожения капиталистических отношений, социал-реформисты хотели лишь реформировать их, тем самым оставив реальное господство буржуазии.
Левое правительство показало свою некомпетентность на политической арене. Эти неполноценные реформы оказались миной замедленного действия, спровоцировавшей подъём буржуазии против данного правительства.

Иронично, что Великая Испанская революция начиналась с лишённых (на тот момент) всякого смысла реформ и буржуазной реакции на них.

Второй период республики (1933-1936)

Выборы 1933 года.

В результате своей, хоть и неполноценной, социальной политики испанскому правительству удалось напугать буржуазию, не желавшую идти на уступки вопреки своим интересам. Поэтому плохой для левых партий результат следующих выборов не является случайностью. Испанская буржуазия приложила все силы для того чтобы исправить деяния леволиберального периода республики. 

Выборы 1933 года ознаменовали начало второго правоцентристского периода, его также называют радикально-седистским (исп. radical-cedista) – от Радикальной Республиканской партии и CEDA.

Выборы проходили в 2 этапа. Первый был 19 ноября и второй 3 декабря. Как и в 1931 году Испанская избирательная система была мажоритарной. То есть это давало преимущество крупным коалициям над отдельными партиями. Поэтому даже небольшой перевес в количестве набранных голосов, приводил к большой разнице в мандатах. В Мадриде социалисты получили на 5000 голосов больше, чем монархисты, однако был достигнут значительный перевес в количестве мандатов в пользу социалистов.

Итогом выборов стал приход к власти правоцентристской коалиции, получившей 200 депутатских мандатов. Центристам (Радикальные республиканцы, Регионалисты, и др.) достались 170 мандатов, левым – 100. 

Новое правительство

В течение второго периода за два года 8 правительств сменило друг друга, в то время как во время первого было всего 2 правительства.

Заниматься формированием нового правительства должен был Алехандро Леррус. Тот самый Леррус, который некогда был известен своими радикальными и антиклерикальными пылкими речами. Тот самый Леррус, числившийся в составе революционного комитета, образованного после пакта в Сан-Себастьяне. Увы, от былого радикализма этого человека не осталось и следа, ему на замену пришёл мелочный карьеризм. И во время второго периода республики Леррус был замешан в крупных коррупционных скандалах. 

Алехандро Леррус

Президент республики поручил Леррусу сформировать исключительно республиканское правительство. Но для этого нужна поддержка CEDA и других правых партий. Испанский историк Сантос Хулиа отмечал, что «радикалы оправдывали этот выбор, как единственный путь по включению правого католического крыла в республику, и таким образом достижения «республики для всех испанцев». CEDA оправдывало это как лучший способ приблизиться к власти, чтобы реформировать Конституцию. Опираясь на свою победу на выборах, Хосе Мария Хиль Роблес намеревался реализовать трехэтапную тактику, изложенную двумя годами ранее: поддержать правительство под председательством Лерруса, а затем сделать шаг вперед, требуя вступления в этот представительский орган, чтобы позже самому председательствовать в нем».

С 19 декабря 1933 года у Лерруса было своё правительство, состоящее из 7 радикалов, 2 независимых республиканцев, 1 либерал-демократа и агрария. Поддержка со стороны CEDA правительства Лурруса была расценена монархистами как предательство. Из-за этого они начали контактировать с фашистской Италией, требуя от итальянцев поддержки для проведения анти-республиканского переворота в Испании. Левые же расценивали радикально-седистское соглашение как предательство республики. Многие рабочие разделяли стремления социалистов, были недовольны, что скудные реформы первого периода подверглись исправлениям под давлением капиталистов. Однако контрреформы, как того они требовали, проведены в полной мере не были. На что рабочий класс ответил мобилизацией. В 1933 году произошёл взлёт количества забастовок. 

Испанский историк Хулио Хиль Печарроман в своей книге «Historia de la Segunda Republica Espanola (1931 – 1936)» приводит интересную таблицу. 

HUELGAS – забастовки.

HUELGISTAS (EN MILES) – забастовщики (в тыс.)

JORNALES PERDIDOS (EN MILES) – потерянная зарплата (в тыс.)
*Solo primer semester – *только первый семестр.
Fuente: Boletin del Ministerio de Trabajo, 1929-1936. - Источник: сводка Министерства труда, 1929-1936.

Первыми, кто начал противодействие радикально-седистскому правительству, были анархисты. Восстание имело характер всеобщей забастовки, сопровождаемой действиями вооружённых ополченцев. Оно началось в Сарагосе 8 декабря. В этот день собрались первые после победы правоцентристской коалиции кортесы. Гражданский губернатор Сарагосы отдал распоряжения закрыть помещения CNT, и развернуть силы правопорядка на улицах. Но это не остановило восстание. 14-ого числа было объявлено военное положение. Выступление было подавлено армией. Арестован комитет, отвечавший за проведение восстания. В частности, среди задержанных оказался  известный анархист Буэнавентура Дуррути.

Хосé Буэнавенту́ра Дурру́ти Думáнхе

Октябрь 1934

Подготовка восстания

После победы на выборах правых, левые всё больше разочаровываются в «парламентском» пути и всё более радикализируются. К тому же социалисты видели, что правые в 1933 году усилили свои позиции не только на их родине, но и во всём мире. Именно в этом году Гитлер приходит к власти. А в Испании господство право-центристской коалиции автоматически ставит крест на реализации социальных реформ худо-бедно начатых в первый период республики. Так же никто не мог гарантировать, что испанские правые не позаимствуют передовой опыт немецких коллег, объявивших коммунистическую партию вне закона, обвинив её в поджоге рейхстага.

Естественно, что такое положение вещей не могло остаться без достойного ответа со стороны социалистов. 

Уже в январе 1934 года Франсиско Ларго Кабальеро, который выступал за революционный путь, вытеснил из исполнительного комитета UGT Хулиана Бестейро и его сторонников, придерживавшихся реформистских позиций. 

Описание: Описание: Описание: Описание: Описание: Описание: Хулиан Бестейро

Хулиáн Бестéйро Фернáндес

Вскоре была создана Смешанная Комиссия (исп. Comisión Mixta) в составе Ларго Кабальеро и двух представителей от PSOE, UGT и Социалистической Молодёжи. Её задачей была организация всеобщей революционной забастовки и вооружённого повстанческого движения. Она сразу же созвала представителей от регионов и поручила им создать «революционные советы», координируемые на местном уровне «провинциальными советами», которым в свою очередь была дана установка: «Триумф революции покоится на масштабах, которые она имеет и с какой силой она происходит».

Помимо диверсионных групп, было сформировано военизированное ополчение, состоящие из самых решительных лиц. За обеспечение оружием отвечал Индалесио Прието. По началу его деятельность была успешной, но в конечном итоге обернулась провалом. Так как ему не удалось привлечь к восстанию офицерские круги и, что ещё хуже, не удалось доставить до «революционных комитетов» добытое оружие. Склады в Мадридском «народном доме» в университетском городке рядом с площадью четырёх дорог были обнаружены полицией. В сентябре 1934 года гражданская гвардия предотвратила попытку высадки в Астурии тайника с оружием, перевозимого судном «Turquesa».

Индалéсио Приéто Туэ́ро

Также PSOE поддержала формирование Рабочих Союзов (исп. Alianzas Obreras). В эти организации интегрировались небольшие левые организации, такие как PCE и Рабоче-Крестьянский блок. Интересно, что коммунисты присоединились к PSOE и UGT в самый последний момент.

Своеобразным «казусом белли» для восстания стало включение CEDA в состав правительства. 4 октября Леррус включил в правительство 3 министров из этой партии. Смешанная социалистическая комиссия назначает начало всеобщей революционной забастовки на 0 часов 5 октября. Анархисты в большинстве регионов решили воздержаться от участия в восстании.

Мадрид

В Мадриде всеобщая забастовка продолжалась в течение 8 дней. Уже 12 октября столица пришла  в норму. Причину провала восстания в этом городе можно объяснить военной неподготовленностью, а также дезорганизацией и отсутствием чёткой цели. Историк Сантос Хулиа говорил: «повстанцы не знали, что делать со своими пистолетами и пулеметами, а забастовщики не знали, что делать со своей забастовкой..., в то время как руководители возвращались домой, чтобы терпеливо ждать прибытия полиции».

Каталония

5 октября Альянс рабочих Каталонии объявил всеобщую забастовку, которую не поддержал анархистский CNT. Несмотря на это она парализовала весь город. На следующий день Альянс рабочих организовал демонстрацию, направившуюся к площади святого Иакова с требованием каталонской республики. Она была мирно распущена. В первые дни восстания в Каталонии было очень мало актов насилия.

Вечером 6-ого числа Луис Компанис провозгласил каталонскую республику. 

 «В этот торжественный час от имени народа и парламента возглавляемое мною правительство берет на себя все полномочия власти в Каталонии, провозглашает Каталонское государство в составе испанской Федеративной Республики и, установив и укрепив отношения с лидерами всеобщего протеста против фашизма, предлагает им создать в Каталонии Временное правительство республики, которое найдет в нашем каталонском народе самый щедрый импульс братства в общем стремлении построить свободную и великолепную Федеративную Республику».

До своей речи он отказался выдавать оружие профсоюзам, опасаясь потерять контроль над ними.

После Компанис сообщил о своих намерениях генерал-капитану Батету, попросив его подчиниться «служить Федеративной Республике, которую я только что провозгласил». Но генерал, поговорив с начальником полиции и с председателем Совета Министров Леррусом, провозгласил военное положение.

Ночью с 6 на 7 октября на улицах Барселоны начинают появляться баррикады.
Впрочем, восстание было быстро подавлено. Уже в шесть часов утра 7-го числа, через десять часов после провозглашения, Компанис доложил генералу Батету о своей капитуляции.

Описание: Описание: Описание: Описание: Описание: Описание: Описание: Луис Компанис

Луис Компанис 

«революционное дополнение» к Вертикали, опубликованной в Каталонии 6 октября 1934 года.

Восстание 1934 года в стране Басков

Ожидалось, что восстание в стране Басков будет иметь наибольшую силу. Также восстанию в этом регионе придавалось особое значение, потому что на его территории располагались оружейные заводы. Правда, ситуацию осложняли популярные местные политические партии, потворствующие баскскому национализму и религиозности. Они могли бы оказать сопротивление революции.

Надежды, возлагаемые революционерами на этот регион, не оправдались.
Войскам верным правительству удалось быстро потушить пожар революции. В городе Эйбар вечером 5 октября (первый день восстания) лидер социалистов уже вёл переговоры о капитуляции. В Мондрагоне восстание было подавлено на второй день. В Бискайе восстание закончилось на третий день. Ещё три дня спустя Бискайский UGT и Баскская Рабочая Солидарность призвали трудящихся вернуться на работу.

Восстание в Астурии

Сильнее всего огонь восстания разгорелся в Астурии.

Можно выделить ряд причин триумфа революции в этом регионе:

  • Хорошая подготовка вооружения. Часть оружия восставшие получили с оружейных заводов, другая же часть была привезена из Эйбара через сеть, созданную Социалистической Молодёжью и CNT. Динамит организатрам протестов удалось раздобыть в шахтах. Оружие и взрывчатка хранились в 14 подпольных складах, которые не удалось обнаружить гражданской гвардии. Несколько тысяч пистолетов лежали  в домах у участников восстания. 
  • Также Астурскую революцию поддержали анархисты. Несмотря на заявления «руководства», что одного CNT достаточно для победы над фашизмом, региональная Федерация подписала в Хихоне пакт с UGT и PSOE.

Ещё в Астурии, в отличие от остальной части Испании, социалисты во время подготовки восстания не мешали проведению забастовок, которые иногда принимали политический окрас. Однажды даже вспыхнула забастовка на шахтах, когда власти пытались препятствовать распространению газеты «Avance», ставшей органом пропаганды революции. В тоже время, руководство Рабочего Альянса считало, что проведение забастовок ослабляет будущее восстание. В этом была своя правда, так как в связи с правительственной реакцией на забастовки в латифундистской Испании, эти регионы не смогли присоединиться к восстанию 1934 года.

В Астурии же шахтёры без промедлений взяли под контроль горнодобывающий район. Их скоординированные действия привели к капитуляции казарм гражданской гвардии. Также рабочие ополчения в окрестностях Овьедо победили верный правительству пехотный батальон и несколько подразделений Штурмовой Гвардии. Мануэль Гросси, член Астурийского революционного комитета, записал в своем дневнике:

«Красноармейцы применяли оперативные методы восстания, умели грамотно разворачиваться в партизанские отряды по всем фронтам в соответствие с современной наукой. Наблюдаемая дисциплина была замечательной».

Уже через 2-3 дня значительная часть региона находилась в руках восставших, в том числе оружейные заводы, работавшие днём и ночью. По всему региону была создана Красная Армия, численность которой достигала уже через 10 дней достигала 30.000 человек.
Одновременно с установлением Коммуны шло разрушение капиталистической системы. Революционные Советы захватывали землю, фабрики, арестовали врагов рабочего класса, организовали Революционные Трибуналы.

Несмотря на самоотверженность астурийских рабочих, движение встало перед серьезными проблемами. Отсутствовала координация с теми местами, где также произошла революция. Астурия была изолирована. Эти проблемы, вкупе с нехваткой оружия и боеприпасов сделали очень трудным сопротивление войскам реакции.

Правительство, даже не подозревая, что шахтёры рассматривают возможность марша на Мадрид, уже оценивало происходившее как начало гражданской войны. Поэтому были приняты решительные меры. Франсиско Франко и Мануэль Годед стали руководителями мадридского штаба по управлению сей операцией. Они приняли решение направить против восставших рабочих испанский Иностранный легион из Марокко.

Мануэль Годед

Франсиско Франко

Триумф революции только в одном регионе позволил правительству сконцентрировать войска, задушив Астурскую коммуну. Наступление войск происходило на 4-х фронтах.
С запада – из Галисии, с востока – из Бильбао, с юга – из Леона. 

Северный фронт был открыт 7 октября, высадкой в Хихоне африканской армии под командованием Хуана Ягуэ. Вооруженные группы хихонцев отбивали правительственные силы, пытавшиеся прорваться в Овьедо.  Несмотря на героическую оборону, африканцы 10 октября взяли город и без промедлений выдвинулись в сердце Астурии – Овьедо.
Там уже вечером следующего дня шли уличные бои. Боевые действия продолжались в течение следующих двух дней. В это время на восставших сбрасывали с самолётов листовки, призывавшие к капитуляции. После падения Овьедо рабочие ушли в горнодобывающие районы. 15-го числа войскам на южном фронте удалось преодолеть последнее сопротивление, которое мешало им пройти к Мьересу. После этого революционный комитет со второй попытки договорился об условиях капитуляции. Подобное соглашение привело в ярость Хуана Ягуэ, Франсиско Франко и Хиль-Роблеса, все трое были сторонники жёстких мер. 

После победы правительственные войска развязали в городе террор. Город погрузился в хаос. Везде царила вакханалия и насилие. Правительственные войска грабили жителей города, проводили массовые казни, пытали заключённых. Правительство наложило цензуру на новости из Астурии, что уже говорит о масштабе репрессивных мер. Самоотверженность и революционный героизм вызвали волну международной симпатии к Астурским шахтёрам. 

Последствия восстания, выборы 1936

После того, как правительству удалось задушить революцию, началось свирепство реакции. Десятки тысяч рабочих были брошены в тюрьмы. Тысячи - приговорены к многолетнему заключению. В результате, левым пришлось уйти в подполье. Серьезные потери среди активистов заставили ряд социаистических организаций отказаться от внепарламентского пути. 

С другой стороны, октябрьская революция сильно напугала правых и убедила CEDA в необходимости авторитарного поворота. Имея парламентское большинство, правые создают всё более и консервативные правительства. Таким образом, в новом правительстве Лерруса, образованном 6 мая 1935 года, большинство уже имели не республиканцы, а CEDA и Аграрная партия.

Тем временем Мануэль Асанья, ставший после своего ареста из-за событий 1934 года «мучеником за республику», начинает формирование левой коалиции, которая потом получит название Народный Фронт (исп. Frente Popular). В её состав вошли такие партии и объединения как: PSOE, Республиканский союз (1934 г.), PCE, POUM и др. Программа народного фронта включала в себя амнистию за политические преступления (октябрьская революция 1934 года), преемственность пути первого реформистского периода, автономию регионов.

Правые же не смогли противостоять левым. Так как CEDA, желая не допустить победы левых, объединилась с настолько разношёрстными силами, что это помешало формированию чёткой повестки.

Был ещё централистский блок, который возглавляли председатель правительства Мануель Портела Вальядарес и президент республики Нисето Алькала Самора. Эта коалиция стремилась с помощью будущих выборов преодолеть раскол, возникший в правительстве из-за октябрьской. Её интересы представляла центристская демократическая партия. Но она потерпела на выборах сокрушительное поражение.

Выборы проходили 16 и 23 февраля 1936 года. На них была зафиксирована самая высокая явка около 76%. Народный фронт на них получил 263 места в конгрессе депутатов (из 473). националисты – 156, а центристы – 54.

Однако, в связи с системой выборов, очень сложно посчитать точное количество голосов, отданное за ту или иную группировку. Первый подсчёт был произведён Генеральным Секретариатом при Президенте Республики (исп. Secretaría General de la Presidencia de la República). Согласно этим подсчётам, левые получили 4.430.322 голоса (46%), правые – 4.511.031 (48%), центристы – 682.825 (6%). При этом историк Хавьер Туселл оценивал голоса, отданные за левых в 47,1%, за правых - 45,6%, за центристов - 5,3%. 

Правительство народного фронта

Народный фронт был неплохой избирательной коалицией. И хотя он противодействовал фашизму, объединение вышло настолько широким, что испанцы понимали – социализм в ближайшей перспективе им не грозит. Асанья сообщал, что его политика направлена на оздоровление экономики и упорядочение и, по мере возможности, «реанимацию испанской экономики». Ни одного слова про социализм и диктатуру пролетариата! 

Историк Александр Шубин писал: «Социалисты, имевшие наибольшую фракцию в Кортесах, пока воздержались от вхождения в правительство. Они руководствовались той же логикой, что и российские эсеры и меньшевики в марте 1917 г.: „Мы не хотим, чтобы история возложила на нас ответственность за то, что мы не дали буржуазии выполнить ее миссию“, — заявил Ларго Кабальеро. Но в будущем он считал необходимым установить диктатуру пролетариата. Это произойдет скорее, если буржуазные партии не справятся с проблемами страны».

Революционный меч куётся до начала сражений

Поражение централистов (в том числе на выборах) стало очередной стадией развития революционной ситуации в Испании. Такая же закономерность проявлялась в усилении «правой» и «левой» коалиций.

Особенно в «левом» блоке отличились анархисты. Идеологические установки анархизма можно критиковать сколь угодно долго, и споры о роли анархистов в испанской революции не утихаю до сих пор. Но нельзя отрицать взлёт роли анархо-синдикализма в Испании. 

И, конечно же, этот взлёт нельзя считать случайностью, у него были свои объективные причины. История Испанского анархизма корнями своими уходит в 1868 год. Именно тогда произошла поездка эмиссара Бакуникна, посетившего Барселону и Мадрид. И уже несколько лет спустя бакунистская организация насчитывала 60 тыс. человек. «Импортированная» идея попала в благодатную почву. Насилие, творимое над трудящимися массами Испании на рубеже XIX – XX веков, согласно принципу «сила действия равна силе противодействия», вызывало вполне заслуженную лютую ненависть трудящихся, направленную против всего государственного аппарата. Что в свою очередь сильно упрощало анархистскую агитацию. К тому же мелкобуржуазный оппортунизм PSOE лишь отталкивал массы в сторону «анархии».

По меткому замечанию Кивы Майданика: «Расстрелы бастующих батраков юга печально знаменитой «гражданской гвардией», более 300 рабочих, убитых при подавлении стачек 1907, 1909, 1917 гг., широкое использование армии и наемных убийц против рабочих организаций и их лидеров — так «разрешали» правящие классы рабочий вопрос в Испании. ... В селах, городах и провинциях царил полный произвол всемогущих «касиков» (помещиков, священников или их доверенных лиц). В руках их находилась и избирательная машина, не имевшая себе равных в Европе (итоги выборов зачастую объявлялись в газетах за несколько дней до «народного волеизъявления»). Все это в сочетании с предельной гнилостью и продажностью государственного аппарата и буржуазно-помещичьих партий обусловило успех проповеди анархистов против всякого государства и всякой политики».

Получилось, что анархисты стали практически единственной мощной силой, опирающийся на массы рабочих.

Некоторые авторы отмечают, что такое положение вещей можно считать одной из причин поражения испанской революции. К примеру, у того же Кивы Майданика отмечается:
«Несмотря на некоторые заслуги свои перед рабочим движением Испании, анархизм стал в конечном счёте величайшим злом для него. Анархисты помогли первым шагам испанского рабочего движения, но их влияние закономерно стало важнейшим и тяжелейшим препятствием на пути его дальнейшего развития... Испанский пролетариат под руководством анархистов, несмотря на отдельные героические страницы борьбы, мог в лучшем случае вырвать у правящих классов отдельные экономические уступки. Власти же капиталистов и помещиков революционная фразеология анархистов, их «действие снизу вверх» не угрожали... Претворение в жизнь теоретических, тактических, организационных принципов анархизма означало изъятие из арсенала пролетариата его главных орудий борьбы: единства, дисциплины, партии, политической борьбы, диктатуры пролетариата. Все это, срывая революцию, объективно вело к поражению пролетариата».

Где же в это время были коммунисты? Почему слабая PCE оказалась зажата между двух скал – PSOE и UGT с одной стороны и анархистами CNT-FAI с другой? Ответ на  этот вопрос может показаться до неприличия простым.

История испанской коммунистической партии начинается с 1920-1921 года. Она образовалась в результате раскола PSOE, не желавшей вступать в Коминтерн и придерживающийся в большинстве своём социал-реформистской позиции. Молодая коммунистическая организация оказалась в непростых условиях. Её противники реформисты и анархисты к тому моменту уже имели достаточно сильные организации.
К тому же через 2 года после основания партии генерал Мигель Примо де Ривьера установил в Испании диктатуру, что помешало проведению коммунистической агитации. Даже члены современного PCE отмечают слабость партии: «14 апреля 1931 года PCE приветствовала вторую испанскую Республику, выступая против буржуазной республики в пользу Советов. Однако в партии было мало членов, в ней царило сектантство, организационная слабость и слабая теоретическая рефлексия».
Конечно же, испанские коммунисты пытались решать эти проблемы, но было уже поздно. Пожар революции разгорался с каждым днём. В неготовности коммунистов к действиям заключается трагизм великой испанской революции. Революционный меч куётся до начала сражений.

В идеологическом и партийном плане бездействие повлекло за собой поражение октябрьского восстания. PCE была маленькой, не значительной партией, а PSOE (на её плечах лежала основная работа над восстанием) встала на революционный путь лишь в январе 1934 года.

Многие здесь захотят со мной поспорить. Ведь с 1936 года, когда революция вовсю разгорелась, идёт подъём левых идей, при том не только анархистских организаций, но и коммунисты из PCE, наконец-таки, выходят на большую сцену. Да. Это так. Но подобное  говорит только о том, что они выбрали правильную опору, все же были связаны с рабочим классом. И далеко не случайно, что потерпели поражение на выборах и практически полностью исчезли во время гражданской войны централисты, грезившие примирить буржуазию и пролетариат – классы-антагонисты, чья борьба во время революций достигает пика.

Выводы

Гражданская война не возникает на пустом месте и бесследно не исчезает. Она - результат глубоких общественно-экономических противоречий. Нить причин и последствий гражданской войны может удаляться на огромное расстояние от непосредственно боевых действий. Гражданская война в Испании была лишь завершающей частью великой революции, начавшийся в 1931 году  В этих двух статьях я рассказал только про первую часть развития революции, про предпосылки приведшие к разразившийся после 1936 года гражданской войне. Вкратце повторим их:  

  1. Первая мировая война, обострившая классовые противоречия. Испанская буржуазия предпочитала экспортировать товары в государства, охваченные войной, обрекая свою страну на рост цен, дефицит товаров, инфляцию.
  2. Усиливающееся с каждым годом рабочее движение Испанское правительство предпочитало давить. А при попытке перехода от диктатуры к «конституционной норме», в результате выборов 1931 года, на которых победила широкая левая коалиция, монархия пала – настало время республики.
  3. Однако новое леволиберальное правительство оказалось лево-предательским, лево-соглашательским. Оно гарантировало право частной собственности – основу господства буржуазии. При этом правительство пыталось облегчить положение трудящихся Испании (отчасти это получилось). В результате ему приходилось искать компромисс между буржуазией и рабочими. И многие попытки улучшить положение пролетариата вязли в «испанском треугольнике» между правыми, левыми и лево-компромиссным правительством.
  4. И всё же социальная направленность республиканского правительства напугала испанскую буржуазию, часть которой поддерживала левореспубликанцев. И в результате выборов 1933 года к власти приходит правая партия CEDA. Начинается исправление реформ первого периода. Для многих левых это событие, совпавшее с мировым подъёмом и радикализацией правых, стало ведром холодной воды после сна – они отходят от «парламентского пути» и начинают подготовку восстания. Октябрьское восстание могло бы стать началом истории социалистической Испании. Но отсутствие чёткой стратегии и тактики, «очаговость восстания», внутренние проблемы партий, организующих восстание, снижали до нулевых значений вероятность удачного завершения революции. И в конце концов оно было задушено и утоплено в крови Астурских рабочих. Левые были обескровлены, ушли в подполье и были вынуждены отказаться от «внепарламентского пути».
  5. Однако революционный октябрь привёл к очередному витку обострения классовых противоречий – централистам уже нет места на политической арене. И они терпят сокрушительное поражение на выборах 1936 года. Пропасть общественно-экономических противоречий увеличивалась с каждым днём, и преодолеть её можно было только силой оружия.

Источники