Кто из нас не задумывался о том, почему нет революции? Почему пролетариат столь разрознен, и люди мирятся с несправедливостью свободного рынка? Почему западный мир, выходя из одного кризиса и вляпываясь в другой, не сталкивается с восстаниями, с организованностью масс? В голову приходит крамольная мысль: «А что, если капитализм и есть последняя стадия экономического развития?». Вон в Японии живут уже десятки лет при состоянии перманентного кризиса, и ничего – ни бунтов, ни восстаний, работают, что-то производят.

Развивая эту мысль Пол Мейсон – британский журналист – изложил свою модель развития капитализма. Был, говорит автор, капитализм в девятнадцатом веке, потом столкнувшись с кризисами, он мутировал. И смог дать многое из того что и дала первая стадия социализма – восьмичасовой рабочий день на государственном уровне (хотя бы формальный), оплачиваемый отпуск и создание профсоюзов.

Чтобы объяснить стадии капитализма, Мейсон ссылается на теорию циклов Кондратьева. Согласно этой теории, капитализм развивается циклически: набирая обороты, он сталкивается с кризисом, депрессией, но затем снова идет процветание, потом снова кризисы, депрессия, но потом снова как-то выруливает на процветание. Появляются либо технологии (например, полупроводники, продвинутый маркетинг или Интернет), либо экономические приемы (например, методы кейнсианства, создание новых рынков или отменой  золотого стандарта). И через эти адаптации к кризисам, рано или поздно капитализм придет нас к своему лучшему варианту – пост-капитализму.

Пол Мэйсон

Но каким образом система адаптируется к следующей фазе? Мейсон (вслед за изобретателем термина пост-капитализм Питером Друкером) приводит свой вариант – инфокапитализм. Оба они доказывают, что главной ценностью нынешнего времени является информация. Многие информационные проекты уже сегодня являются бесплатными – свободно-распространяемая система Linux, Википедия, Android. И таким образом формируется новый способ производства на волонтерских началах. Мейсон настаивает на том, что существование подобных проектов является предвестником пост-капитализма – рано или поздно все государственные структуры или корпорации могут управляться схожим методом. Заполнение производства бесплатными проектами приведёт к закономерной эволюции государства, и потому мир обойдется без насильственной революций.

Такова суть теории пост-капитализма по Мейсону. Однако, продраться к этой сути сквозь текст автора непросто. Автор просто перепрыгивает с одной темы на другой, сдабривая это тонной разных мелочей из имен, фактов, событий и цифр.

Заходя издалека, он сначала перечисляет проблемы нынешнего капитализма, рассказывает о проблемах неолиберализма, выдаёт несколько интересных историй про тетрадки Маркса, где рассказано об обществе, движимом эксклюзивностью знаний. И только затем, легкими мазками в конце глав, выдаёт, наконец, свое видение нового общества или возможностей капитализма. Изложено это настолько бойко, что к середине книги, на второй день я уже сам подумывал – а может такое возможно? Может действительно капитализм придет к фактическому коммунизму через мутации, инициативу снизу и государственные меры? Марксизм - это не религия, не догма, по-настоящему думающий человек всегда должен задумываться: «А что, если прав не я, а другой человек? Что мне есть противопоставить его аргументам?».

В конце книги автор всё-таки отвечает на главный вопрос – «Что делать?». По Мейсону, государство после очередного экономического коллапса придет к единственно возможному варианту – народному управлению плюс безусловный базовый доход и национализация монополий. А отдельные люди помогут ему через распространение нерыночного производства – они будут производить всё также, как пишут код в свободно-распространяемых проектах или статью в Википедии.

«Посткапитализм может принимать самые различные формы. Мы поймем, что он наступил в том случае, если большое число товаров станут дешевыми или бесплатными, но люди будут продолжать производить их, не обращая внимания на рыночные силы. Мы поймем, что этот процесс идет, когда размытые взаимоотношения между работой и досугом, между рабочими часами и зарплатами получат институциональную форму».

И тут автор меня потерял. Он последовательно и ясно излагал недостатки капитализма, но внезапно оказалось, что всё само образумится. Власти откажутся от взяток, олигархи – от богатства, люди – от создания товаров ради прибыли...

Мейсон упорно ссылается на эти два примера – Линукс и Википедия. Но неужели он не видит обратной тенденции? Википедия во многом стала инструментом манипуляции, влияния пропаганды. Например, в Китае Википедию запрещают, обвиняют в необъективности или продвижении определенного взгляда на вещи (та же статья про Сталина в русскоязычном сегменте является просто ярким примером отсутствия всякой объективности). Ссылки на Википедию никогда не будут авторитетнее Британики или Большой Советской Энциклопедии, ибо те были написаны группой академиков, а Википедия – самыми разными личностями с неподтвержденным научным статусом. Уже тридцать лет существующий Линукс до сих пор не доминирует на рынке программного обеспечения. Тот же фактор – группа блестящих программистов и специалистов в области информационных технологий за деньги напишут лучшее программное обеспечение, чем миллионы красноглазых программистов в свободное время. Вдобавок, пока нет ни одного физического производства, работающего на тех же началах, что Линукс или Википедия.

В результате, знания и софт стали распространяться легче и дотянулись до самых отсталых уголков мира, но они не сумели произвести общественную революцию также как книгопечатание не стало безусловным триггером буржуазной революции.

Мэйсон наивно полагает, что владельцы миллиардных капиталов не в силах противостоять тому, как государство шаг за шагом будет прибирать к рукам их компании. Оказывается, сидящие в сенатах, депутатских (да и президентских) креслах бюрократы, лоббирующие интересы корпораций готовы легко уступить место народным государственникам. Нет, этого не происходит. Если нужно будет, государства объявят проекты вроде Википедии или Линукса, угрозами для обществ и начнут травлю в массмедиа (как это сейчас происходит с Телеграмом в России). Или же начнут всячески саботировать через засланных агентов (как это делали ЦРУ во время Холодной войны).

Митинг в защиту мессенджера Telegram в Москве

Это вывод в целом по книге. Есть масса мелочей, которые изрядно раздражали во время чтения. Например, всю книгу я закрывал глаза на типичный для западного социал-демократа обывательский взгляд на СССР. Согласно автору, каждый год в СССР умирало 200 тысяч заключенных. Бухарина, например, казнили за то, что он доказывал жизнеспособность капитализма. Ну и, Кондратьева и Евгения Преображенского, тоже уничтожили за их радикальные экономические теории. Ведь Сталин доказывал, что стабилизация западных экономик невозможна (в воображении Пола Мейсона). При этом, у автора пятилетние планы оборачивались крахом, ничего у Советского Союза не получалось. Мне всегда интересно спросить автора – ну СССР же всё-таки победил в Великой войне и стал сверхдержавой, и что было бы, вложи он эти же ресурсы, потраченные на войну, в предметы потребления? Если бы после войны страна в том же темпе сконцентрировалась на создании лучших телевизоров, стиральных машин? То за что бы вы критиковали социализм? За то, что, мы смогли создать лучшие танк в мире и запустить человека в космос, но не могли бы сделать лучший телевизор?

Симптоматично, за что автор критикует своих оппонентов в левой среде. Например, упоминает он Томаса Пикетти с его «Капиталом XXI века». Пикетти тоже грамотно, с цифрами ругает сегодняшний капитализм, но затем, уже почти в эпилоге выдвигает внезапное решение – надо повысить налоги, и тогда всё станет прекрасно. И вот автор «Посткапитализма» обличает неправоту Пикетти, мол, богатые найдут способ обходить налоговое законодательство. Но не видит, что и у него тоже есть эта наивная простота. Она роднит Пикетти с Мейсоном, как и с большинством западных социал-демократов.

Самое ценное, что я получил от Пола Мейсона – это ссылку на книгу Пола Кокшота и Эллин Коттрелл «К новому социализму». По словам Мейсона авторы доказывают, что советское планирование с нынешними технологическими мощностями возможно и намного эффективнее сегодняшней «невидимой руки рынка». Он опровергает выводы из этой книги ссылаясь на то, что потребности человека непредсказуемы и есть аспекты которые невозможно распланировать (например, сколько страниц будет написано в Википедии). Словно нет возможности оставить какие-то аспекты экономики вне плана.

Механизм работы современных систем планирования SAP на производстве

В общем, как и в начале двадцатого века, наивные философы утвержддали, что революции не будет, грамотные реформы устранят недостатки экономики, также нынешние журналисты строят воздушные замки о переходе в коммунизм, минуя социальные потрясения. Не станет крупный бизнес просто так отдавать свои привилегии, отказываться от своих капиталов. Каким путем пойдет революция – через протесты офисного планктона, технический саботаж, подрыв производства в странах третьего мира, через олдскульное вооруженное восстание или каким-то другим путем – мы пока не знаем, но любому разумному человеку очевидно, что вечно подобная экономически несправедливая система существовать не может. Противоречия не уйдут сами по себе через какие-то информационные инициативы. Они будут преодолены через мощный классовый антагонизм и борьбу бедного большинства против богатого меньшинства.