Единственный выход из национально-государственного хаоса и кровавой бестолочи балканской жизни — объединение всех народов полуострова в одно хозяйственно-государственное целое на основе национальной автономии составных частей1.

Л. Троцкий

Нынешняя Югославия или официально Королевство СХС — одна из самых жалких дипломатических комбинаций мирной Парижской конференции. Это новое, совсем наспех сколоченное государство утвердило многие старые преступления и сделало целый ряд новых2.

С.Радич

Сегодня Югославия уже стала частью большой истории XX века. Югославская федерация рухнула в ходе цикла политических потрясений, захлестнувших Восточную Европу в конце 80-х гг. Несмотря на то, что с конца 40-х гг. Югославия не входила в социалистический блок, по злой исторической иронии, она повторила его судьбу, распавшись на ряд независимых государств в 90-е гг. Историк С. Романенко верно отметил специфику советско-югославских отношений: «…при всех противоречиях и конфликтах оба государства и режима, обе партии представляли собой элементы одной системы и друг без друга существовать не могли»3.

История югославской федерации представляет собой интереснейшую попытку создания «самоуправленческого социализма» в многонациональной стране, зажатой в межблоковом противостоянии времён Холодной войны. Данная статья не содержит всеохватывающий анализ истории СФНРЮ, в ней рассматриваются наиболее ключевые положения, которые могут представлять интерес для современной марксистской мысли.

Несмотря на наличие множества различий между южнославянскими народами, к началу XIX в. их объединяло одно — отсутствие собственной государственности. Наиболее крупные южнославянские этносы (сербы, хорваты) утратили государственность еще в средневековье, став частью больших многонациональных империй4. Вся их последующая история — это долгая и упорная борьба за свою независимость. Имея серьёзных врагов в лице Османской империи и Австро-Венгрии, среди южных славян с начала XIX в. начали развиваться идеи югославизма — объединения всех южных славян в рамках одного государства. По результатам русско-турецкой войны 1877-1878 гг., Сербия и Болгария получили независимость, Черногория расширила свою территорию, но хорваты и словенцы ещё оставались в составе Австро-венгерского государства. Л. Троцкий писал: «Нынешние государства Балканского полуострова были изготовлены европейской дипломатией за столом Берлинского конгресса 1878 года. Там были приняты все меры, чтобы национальное многообразие Балкан превратить в постоянную свалку мелких государств. Ни одно из них не должно было перерасти известного предела, каждое в отдельности было опутано дипломатическими и династическими узами и противопоставлено всем другим, наконец, все вместе они были осуждены на бессилие пред крупными европейскими государствами с их непрерывными интригами и происками...»5

Проект Югославия имел шансы на воплощение только при условии коренных изменений на карте Юго-Восточной Европы. Таким перелом стала Первая мировая война.

Важно отметить, что как первая, так и вторая Югославия возникли в результате мировых войн. Это наложило сильный отпечаток на всю последующую историю страны. К 1918 г. только сербы имели собственную армию, которая в составе сил Антанты освободила Сербию от оккупации немецких и австро-венгерских войск. Славяне, проживающие в составе Австро-Венгрии, провозгласили в октябре 1918 г. независимое государство СХС (сербов, хорватов и словенцев). В момент создания государство СХС находилось в крайне сложном положении, что было вызвано отсутствием собственных вооруженных сил и территориальными претензиями Италии6. Это предопределило слияние ГСХС с Сербией. Королевство Сербов, Хорватов и Словенцев было создано в декабре 1918 г. на базе Сербии, как наиболее сильном южнославянском государстве. В межвоенной Югославии власть находилась в руках сербской буржуазии, которая активно продвигала идеи «интегрального югославизма», полагая, что сербы своими жертвами в Первой мировой войне заслужили лидирующую роль в новом государстве. Хорваты и словенцы, вынужденные присоединиться к сербскому государству, рассчитывали в будущем на определенную автономию в составе королевства. Однако как писал один из авторов «Новой Европы»: «Хотя договорённости на Корфу, в Париже, в Женеве служили залогом построения югославского здания, победила великосербская тенденция...Так мы получили не заново основанное государство, а увеличенное старое»7.

В югославянском государстве проживало множество народов, но основная линия конфликта пролегла между хорватами-католиками и православными сербами8. Среди хорватов аббревиатура СХС расшифровывалась: «Сербы хотят всего» (Srbi Hoce Sve), а среди сербов: «Только хорваты мешают» (Samo Hrvati Smetaju)9. История первой Югославии представляла собой непрекращающуюся борьбу двух политических тенденций — сербского централизма и хорватского сепаратизма. Политическая конструкция королевства прикрывалась фасадом в виде мозаичного парламента, за которым скрывался настоящий стержень государства — королевская власть.

В апреле 1919 г. в королевстве СХС была создана Социалистическая рабочая партия Югославии (коммунистов), через год она была переименована в КПЮ. В новообразованную партию влилось значительное число бывших военнопленных, вернувшихся из Советской России10. КПЮ была небольшой, но влиятельной организацией, способной добиться третьего места на выборах в Учредительную скупчину в ноябре 1920 г., в Белграде коммунисты взяли большинство голосов11. Это было серьёзным звонком для югославской монархии.

В декабре того же года партия была вынуждена уйти в подполье. В межвоенный период югославские коммунисты вели активную работу по воссозданию разгромленных партийных организаций, но власти смогли с помощью постоянных репрессий значительно сократить численность партии: в 1921 г. КПЮ насчитывала 60 тыс., в 1927 г. — чуть больше трёх тысяч12. Против КПЮ сыграла и то, что после переворота 1929 г., коммунисты заявили о начале вооруженного восстания против «военно-фашистской диктатуры» в Югославии13. Такое решение было следствием общей стратегии третьего революционного периода, принятой шестым конгрессом Коминтерна в 1928 г. Лозунг вооружённого восстания не имел под собой серьёзной базы. Ультралевая линия КПЮ спровоцировала новый виток репрессий против коммунистов. По некоторым данным, в конце 1931 г. в рядах партии было всего 300 человек14.

В 30-е гг. КПЮ была тесно связана с Коминтерна, в его структурах работали многие известные югославские коммунисты: Милан Горкич, Иосиф Броз Тито, Эдвард Кардель. Интересно отметить, что отношение руководства КПЮ к сохранению Югославии менялось параллельно курсу Коминтерна в этом вопросе: в 20-е гг. Югославия рассматривалась Коминтерном как центр контрреволюции на Балканах в противовес революционной Болгарии15. На конференциях Балканской коммунистической федерации шла борьба с идеями югославизма, которые рассматривались как маска, под которой скрывалась идея великосербской гегемония. В связи с этим, Коминтерном была выдвинута цель расчленении «версалевской Югославии» и создания на ее территории независимой Хорватии, Словении и Македонии16. Но это оказалось лишь малой частью балканских планов Третьего Интернационала. В перспективе стояла задача дробление балканских стран и создание на новой революционной основе Балканской социалистической федерации17.

Седьмой конгресс Коминтерна (1935 г.) взял на вооружение стратегию народного фронта, призвав компартии создавать широкую антифашистскую коалицию с буржуазно-демократическими силами. Исходя из нового политического курса, КПЮ была снята цель раздробления Югославии, которая была частью буфера между СССР и Третьим рейхом18.

Тито описывал состояние партии в 30-е гг.: «Наше руководство находилось за границей, в Вене. Менялось часто. ЦК сменил несколько составов. Во главе партии были разные люди, такие, как Мартинович, Филипп Филиппович, Джуро Цвийич, Горкич и т. п. За границей возникла бешеная фракционная борьба за руководящее место в партии. На ход событий наши партийные кадры не могли оказать влияния, ни те, кто находился в тюрьмах, ни те, кто был на свободе. Коминтерн вмешивался несколько раз, меняя руководство, но не был в состоянии создать из тех, кто находился в эмиграции, здоровое ядро»19.

В 1937 г. в КПЮ сложилась драматичная ситуация — генеральный секретарь Милан Горкич и ряд других югославских деятелей были расстреляны в Москве как «шпионы» и «троцкисты». Компартия повисла в воздухе без руководства. В этой критической ситуации именно решительное поведение Тито спасло её от повторения судьбы польской компартии, распущенной в 1938 г.20. Тито настаивал на формировании временного руководства КПЮ и перенесении центра её деятельности из Франции в Югославию. В августе 1938 г. Тито отправился в СССР, чтобы получить согласие Коминтерна. Впоследствии он вспоминал: «Никогда не было так трудно, как в то время... Я не был уверен, что и меня не схватят. За то, что меня не арестовали, я должен быть благодарен Димитрову...»21. Димитров одобрил предложения о создании временного руководства КПЮ и дал югославам трехмесячный срок на выполнение резолюции ИККИ. Как пишет историк Гиренко: «Перед КПЮ были поставлены следующие основные задачи: очистить партию от остатков фракционеров и антипартийных элементов; укрепить КПЮ в организационном отношении; повысить идейно-политический уровень членов партии; объединить прогрессивные силы в Народном фронте для борьбы против антинародных режимов и против фашистской опасности»22.

В начале 1939 г. Тито отправился в Югославию. В марте того же года в Словении состоялось заседание нового временного руководство КПЮ, включавшее Тито, Джиласа, Иво Лола Рибара, Карделя, Ранковича и ряд других деятелей. Основным решением этого заседания стало исключение из партии старого руководства и их потенциальных сторонников в самой Югославии. По некоторым данным, речь идёт о 700 человек23. Решительные действия по консолидации сил югославских коммунистов и чистка партии от сторонников линии Горкича значительно укрепило авторитет Тито в глазах Москвы. В одной из резолюции ИККИ октября 1940 г., Тито был назван секретарем ЦК КПЮ. Это символизировало победу товарища Вальтера (один из псевдонимов Иосипа Броза) в деле сохранения югославской компартии.

Начало Второй мировой войны и оккупация странами «оси» Югославии в апреле 1941 г. потребовали от КПЮ мобилизации и консолидации всех своих сил для начала Сопротивления. Стоит отметить, что с октября 1940 г. по июнь 1941 г. численность партии увеличилась с 6455 до 12 тыс. человек24. Особая сложность политической ситуации в Югославии обуславливалась тем, что на фоне оккупации в стране шла ожесточенная гражданская война между коммунистами, четниками и усташами.